Кафе «Жемчужина» - жемчужина на приморской набережной Баку

Знаменитое кафе «Жемчужина», раскинувшее на берегу Каспия свои белоснежные лепестки, кажется вечно молодым, хотя оно уже отметило свой полувековой юбилей. Построенное в начале 1960-х годов на приморском бульваре, кафе стало любимым местом отдыха бакинцев, и явилось истинным украшением города. Идея создания такого сооружения принадлежала бывшему в то время бакинским градоначальником Алишу Лемберанскому. Говорят, что эскиз павильона он привез из командировки по скандинавским странам. Когда по вечерам этот павильон начинал светиться, то напоминал приоткрывшуюся раковину с жемчужиной внутри. Поэтому ему и дали название «Жемчужина», хотя в народе его ласково называли «ракушкой». Сейчас «Жемчужина» называется на азербайджанский лад – «Мирвари».

Чтобы лучше понять роль «Жемчужины» в истории бакинского зодчества сделаем небольшой экскурс в историю мировой архитектуры. В начале XX века появился новый необычный материал - железобетон, совершивший подлинную революцию в зодчестве. Железобетон открывал невиданные возможности перед архитекторами: он был дешев, обладал необходимой прочностью, мог непрерывно переходить из одной формы в другую. Неудивительно, что зодчие спешили проверить новый материал на перекрытиях, сооружение которых всегда представляло одну из важнейших технических проблем.

Строительство железобетонных покрытий требовало опалубки, удерживающей жидкий бетон и придающей ему лучшую форму. Опалубку же удобнее всего делать из прямых досок. Простейшие поверхности, образованные движением прямой в пространстве и называемые линейчатыми поверхностями - цилиндры и конусы, были известны давно. Еще древние римляне использовали их в зодчестве и сооружали цилиндрические и конические своды. Позднее математики обнаружили еще два типа линейчатых поверхностей: однополостный гиперболоид и гиперболический параболоид. Через любую точку таких поверхностей можно провести две пересекающиеся прямые, которые будут целиком принадлежать поверхности.

Архитекторы воспользовались открытием математиков и стали использовать их в своем творчестве. Конструкции в форме однополостного гиперболоида ввел в архитектуру известный русский инженер В.Шухов. Он использовал их при строительстве Шаболовской радиобашни в Москве в 1922 году. Кстати, форму однополостного гиперболоида принимает и лазерная подсветка Crystal Hall в Баку.

А архитектурные возможности гиперболического параболоида (архитекторы называют его красивым сокращенным именем гипар) открыл инженер Феликс Кандела - испанский патриот, сражавшийся против фашистской диктатуры Франко, в 1939 году вынужденный эмигрировать в Мексику. Кандела с блеском продемонстрировал выразительные свойства гипаров на различных сооружениях - от промышленных зданий до ресторанов, ночных клубов и церквей. За 30 лет он построил 896 зданий.

Будучи замечательным математиком, Кандела большое внимание уделял расчету и строительству тонких железобетонных оболочек, основанных на геометрических формах, ранее не используемых в строительстве. Благодаря его совершенной теории, бетонные оболочки стали гораздо более тонкими (2-5 см) и более легкими, чем это было возможно ранее. Проект за проектом, вне зависимости от сложности дизайна, Кандела снижал стоимость возведения. И так как эта экономия становилась очевидной сразу же, то проекты Феликса мгновенно стали популярны.

Таким образом, в историю архитектуры Феликс Кандела вошел в качестве создателя железобетонных конструкций – оболочек типа гиперболического параболоида, а зонтичная форма свода, состоящая из бетонной крыши на опорах, явилась самой знаменитой структурной формой, разработанной этим талантливым архитектором.

Идеи Феликса Канделы стали быстро распространяться по миру. «Ракушки» Канделы стали появляться и в Европе. В качестве примера сооружений того времени можно привести павильон на выставке цветов в Осло или кинотеатр Фокус в городе Тромсо.

Возможно, одна из таких конструкций и вдохновила Лемберанского во время его поездок, и он решил соорудить нечто подобное в Баку. Автором проекта на бакинском бульваре стал архитектор В.Шульгин, а конструктором выступил Н.Никонов. Кстати, архитектор В.Шульгин являлся также соавтором таких сооружений как Дворец Республики, гостиница «Карабах».

Воздушная конструкция ресторана «Жемчужина» удачно расположилась на выступающем участке верхней террасы Приморского бульвара. В то время море плескалось у самого подножья павильона. Сомкнутые своды сооружения повторяют известный проект ресторана Manantiales, который Феликс Кандела построил в 1958 году в пригороде Мехико, но бакинский павильон раза в три меньше по размерам. Оригинальность конструкции из тонкого железобетона (6-8 см) в том, что она не имеет стен – потолок плавно переходит в опоры, раскрываясь словно цветок.

Открытый павильон, спасавший бакинцев в летнюю жару, представляет собой прекрасный образец архитектуры 1960-х годов, минималистичной в сравнении с монументальным «сталинским» неоклассицизмом и при этом незаурядной в инженерном смысле. Он явился одним из первых примеров отхода от строгих прямоугольных форм в зодчестве Баку. И хотя проект павильона подвергался сильной критике в советское время за подражание буржуазной архитектуре, изящная и привлекательная «Жемчужина» стала так популярна среди бакинцев, что ее можно считать символом города 1970-х годов.

«Жемчужина» завоевала славу среди бакинцев не только оригинальными архитектурными формами, но и предлагаемыми здесь шашлыками. Дело в том что когда она была построена, то стояла практически на воде, и тогдашний директор держал живых осетров в море прямо под рестораном. Собственно осетровый шашлык и привлекал поначалу гурманов в «Жемчужину». Там всегда было хорошее мороженное, подаваемое в железных стаканчиках, что делало это кафе особенно привлекательным летом. Где-то в 1970-х море начало стремительно отступать, бульвар был расширен, и «Жемчужина» оказалась на суше. Лишившись свежей рыбы, кафе практически потеряло интерес для бакинцев, которые знали толк в еде, да и руководство заведения сменилось. «Жемчужина» превратилась в заурядное кафе, куда заходили в основном туристы, привлеченные необычной формой и рассказами друзей, когда-то побывавших там.

Тем не менее, редкий репортаж иностранных гостей о Советском Союзе и посещении Баку обходился без упоминания «Жемчужины». Так например, в альбоме «Что увидел Херлуф Бидструп в Советском Союзе» (1968) под рисунком «Жемчужины» известный датский художник оставил следующее описание: «Красив павильон у набережной. Здесь подают очень вкусный шашлык из рыбы и рыбу, жаренную на вертеле. Хорошо посидеть в прохладной тени, когда с моря дует ветерок». А в 1977 году Национальное географическое общество США выпустило книгу журналиста Барта Макдауэлла и фотографа Дина Конгера, которые объехали все пятнадцать республик Советского Союза, и составили портрет огромной страны и ее жителей. Баку в этой книге был представлен фотографией двух колоритных бакинцев в кепках, обедающих в кафе "Жемчужина" на бакинском бульваре.

Популярность бакинского павильона была так высока, что аналогичное кафе-близнец появилось десятилетием позже в столице советской Киргизии городе Фрунзе. Кафе называлось «Бермет» и располагалось в парке «Дружбы». Кстати, оно сохранилось там до сих пор.

Идеи Феликса Канделы до сих пор остаются актуальными. В 1998 году в Валенсии был открыт Город Искусств и Наук. Над проектом работали архитекторы Сантьяго Калатрава и Феликс Кандела. Комплекс явился одним из выдающихся образцов современной архитектуры. В комплекс сооружений входит Океанариум, выполненный в форме гиперболического параболоида. Он повторяет формы предыдущих работ Феликса Канделы, а также бакинского павильона на приморском бульваре.

Архитектура XXI века обогатилась новыми материалами и методами, существенно расширившими возможности зодчих. Компьютеры позволили создавать новые проекты и смело экспериментировать с формами. Все немыслимые прежде криволинейные формы просчитываются на компьютере, а новые технологии в производстве строительных элементов дают возможность воплотить любую компьютерную фантазию. Появилось такое понятие как «нелинейная архитектура», и идея свободной формы явилась символом нелинейного движения в архитектуре. Одним из пионеров нового движения стала выдающийся архитектор современности Заха Хадид, которая стала использовать необычные архитектурные формы в своем творчестве. Недавно Баку, который всегда старался следовать мировым архитектурным тенденциям, получил новый архитектурный шедевр, выполненный по проекту Захи Хадид. Это центр Гейдара Алиева, который своми очертаниями восходит к гиперболоидным формам «Жемчужины», появившейся в Баку более полувека назад.

Кстати, кроме павильона на бульваре и центра Гейдара Алиева в Баку существует еще пара схожих по стилю архитектурных сооружений. Это станции, обновленного в 2012 году, бакинского фуникулера. Выполненные из металла и стекла два павильона канатной дороги, хотя внешне и выглядят различно, но оба повторяют гиперболоидные формы. Недавно на бакинском бульваре появился новый торговый центр в виде большого цветка, архитектурные формы которого явно возникли под влиянием форм старого бакинского кафе.

Таким образом, объединяет все эти столь функционально несхожие сооружения бакинского зодчества одно: в них математическая поверхность становится произведением архитектурного искусства. А у истоков всех гиперболоидных конструкций и свободных форм в Баку стоит жемчужина бакинской архитектуры – кафе «Жемчужина».

Фаик Насибов, 2019

Статья была опубликована в журнале IRS -"Наследие", N2(98) 2019

 

© Copyright Faig Nasibov, 2002-2019